«Всем встать, демократия идет!»
Министр экономики Тимофей Милованов ловко отпрянул от дверного глазка. Украинская делегация, задевая друг друга локтями, бодро подскочила с узкого диванчика. Пухлые коленки толкнули крошечный столик, и тот беззубо звякнул чашечками с недопитым кофе.
Бронзовая дверная ручка повернулась. В дверном проеме возник упругий живот. Вслед за животом вошла шея, торчащая из расстегнутого воротника. На шее восседала голова представителя Украины в МВФ Владислава Рашкована.
«Ты один?» – осторожно спросил его глава Нацбанка Яков Смолий.
Тот был один.
«Блин, Тима!»
«Твою ж мать!»
Милованов весело хлопнул себя по увесистым ляжкам и мерзко захихикал. Прекрасные дамы, не скрывали своего раздражения, усаживались обратно. Специально арендованный номер в люксовом отеле St.Regis оказался на удивление тесным, и лучшие финансовые умы терлись боками, словно школьники на «вписке».
«Так вот, я и говорю им, не нужно никаких книг!…» – попробовал вернуться к предыдущей теме Милованов.
«Та подожди ты!» – оборвала его экс-министр финансов Натали Энн Яресько.
«Хватит п@здеть!» – добро буркнул Смолий.
Милованов состроил няшную рожицу.
«Что там, Славик?»
Рашкован, тяжело дыша, опустился на огромную двуспальную кровать. Под огромным весом матрац охнул и прогнулся до борта.
«Можно говорить?» – представитель Украины в МВФ подозрительно покосился на Милованова.
«Он свой», — кивнула Яресько.
«Ну мало ли. Был свой…»
«Свой…»
Рашкован одобрительно кивнул и вкратце изложил план действий. Сегодня украинская делегация встретится с МВФ, а потом с Мировым банком. Нужно изо всех сил говорить, что Украине важно продолжить сотрудничество. Инфляционное таргетирование, реформа финсектора, земельный вопрос ну и все такое.
«Там люди уже в курсе», — понизив голос, вкрадчиво произнес он.
Все понимающе кивнули.
«Дальше?» – произнес Смолий.
«Говорим, что только ваша команда способна справиться с вызовами».
«Это понятно…»
«С какими?» – вдруг переспросил Милованов.
«Со всеми», — недовольно уставился на него Рашкован.
«Не, это понятно. Просто если спросят…» – оправдался тот.
«Где спросят?»
«Ну у Савика там, на «плюсах».
Яресько и Рашкован переглянулись, а потом испытующе уставились на Милованова.
«Тима, ты лучше молчи», – с легким акцентом предложил Рашкован.
Тот вспыхнул и молча обиделся.
«Ок, а что дальше?» – вернулась к разговору Яресько.
«А дальше они, конечно, что-то попросят».
«Что попросят?»
«Неважно, — развел руками Рашкован. — Шо попросят, то дадим»
На этих словах Милованов почувствовал странный укол в груди. Тимофей всегда легко соглашался с решениями старших товарищей. Но теперь все изменилось. Теперь он был таким же реформатором, как и все собравшиеся в узкой комнате. И конечно же, он хотел, чтобы с его мнением считались.
«Да? А если они захотят остальные банки положить?» – из чистой язвы спросил министр.
Все удивленно оглянулись на Тимофея. Тот в упор глазел на Рашкована. В глазах у него тлел Везувий.
«Значит, положим», — солидно осадил его Рашкован.
«А если скажут душу дьяволу продать?» – не захотел осаживаться Милованов.
«А ты что делаешь?» – ехидно ковырнула его Яресько.
«Я провожу реформы!»
«Та гляди мне!»
Эти слова, словно ржавый гвоздь, вонзились в сердце реформатора. Слышать их было обидно и больно. И от кого! От своих!
«Та… Вы! — вдруг задохнулся от возмущения министр. — Та пошли вы!»
Он развернулся вокруг своей оси, рванул дверь номера и выскочил наружу. Милованов хотел было изо всех сил хлопнуть дверью, но помешал дверной стабилизатор. Министр чертыхнулся, плюнул и резкими шагами пошел по коридору прочь. Куда угодно. Лишь бы отсюда…
Дверь закрылась, тихо клацнув. В комнате воцарилась тишина.
«Ты же сказала, он свой…» – озабоченно промямлил Рашкован, глядя в глаза Яресько.
«Свой…» — слегка испуганно проговорила та.
«Просто людина трохы імпульсивна», — мрачно добавил Смолий.
«Он ничего щас не расп@здит?» – не успокаивался Рашкован.
Яресько сглотнула и, задев соседей локтями, тяжело встала с диванчика.
«Та что он тут такого услышал?»
Рашкован пожал плечами.
«Просто если он сорвет переговоры…»
«Ничего он не сорвет, — с досадой произнесла Яресько и взялась за дверную ручку. – Просто скажите ему, что он тоже реформатор».
«Это п@здец какой-то…»
Рашкован в порыве возмущения провернулся всем телом на кровати и посмотрел в окно.
В здании напротив толстый парень в костюме Джокера молча протирал окна. На секунду и ему захотелось…
Тяжело вздохнув, представитель Украины в МВФ вернулся к своим.
Disclamer:
Politicus Vulgaris — это вымысел. В этих рассказах фигурируют персонажи, которые только внешне и по имени совпадают с известными реформаторами и бизнесменами. В Politicus Vulgaris описывается другая реальность, в которой они коррупционеры, манипуляторы и в целом нормальные люди.
Источник: Фейсбук автора
«ОЛИГАРХ»